СОВЕТУЕМ ПОЧИТАТЬ

100 самых интересных городов Мира

Узнайте все о самых интересных городах нашей планеты - приготовьтесь к кругосветному путешествию

100 великих кораблекрушений

Подборка самых страшных кораблекрушений в истории человечества

Физиогномика

Наука физиогномика стара как мир. Можно сказать, что она начала формироваться интуитивно. Задумывались ли вы когда-нибудь, почему без видимых причин один человек нам нравится, к другому мы испытываем антипатию, а третий вообще не вызывает никаких эмоций?

Сокровища затонувших кораблей

Узнайте какие сокровища таят в себе морские глубины.

«АЛЕКСАНДР СУВОРОВ»

«АЛЕКСАНДР СУВОРОВ»
5 июня 1983 года


Советский теплоход налетел на мост через Волгу около горо¬да Ульяновска. Погибли 176 человек.
7 июня 1983 года Телеграфное Агентство Советского Союза (ТАСС) передало сообще¬ние:
«От Центрального Комитета КПСС и Совета Министров СССР.
5 июня с. г. на Волге, вблизи г. Ульянов¬ска, произошла авария пассажирского теп¬лохода «Александр Суворов», повлекшая за собой человеческие жертвы. Центральный Комитет КПСС и Совет Министров СССР выражают глубокое соболезнование семьям и родственникам погибших».
Удивительно, но в заявлении агентства катастрофа названа аварией...
Теплоход «Александр Суворов», припи¬санный к Ростову, являлся флагманом Вол- го-Донского пароходства, его экипаж считал¬ся одним из лучших. Судно отличалось роскошью. Каюты его были пре¬красно отделаны.
Во время злополучного рейса «Суворов» был перегружен. Помимо 330 пассажиров, на его борту находились 50 членов экипажа и 35 человек обслуживающего персонала. Были и люди, чьих имен не найти ни в од¬ном туристическом списке. Это знакомые членов экипажа, родственни¬ки, которым надо было в Москву...
Но что же все-таки произошло 5 июня?
Вечер был веселым. Во время ужина по громкой связи поздравили повариху с днем рождения. В ресторане раздались аплодисменты: на «Су-ворове» была отменная кухня. Потом объявили аукцион. Поэтому все сразу устремились в зал на верхней палубе — и не только ради аукциона: многим хотелось посмотреть по телевидению детектив «Возвращение «Святого Луки».
22 часа 45 минут. До моста — пять минут хода. Видимость ясная, хотя и сумерки. В рубке вахтенный штурман, он же старший помощник капи¬тана Владимир Митенков, рядом с ним рулевой Уваров. Капитан Влади¬мир Клейменов отдыхал в каюте: ему предстояло вахтить ночью.
Мост, оборвавший столько жизней, в Ульяновске единственный. Дли¬на — 2200 метров. Через этот мост проходит железная допога через Волгу в Сибирь.
Некоторые пассажиры видели, как на мост на полной скорости влетел товарный состав, когда «Суворову» до него оставалось метров сто. Тепло¬ход шел на предельной скорости — 25 километров в час.
Все шло обычно. Кроме одного — теплоход шел в шестой пролет моста, через который и суда меньших габаритов пройти не могли.
Береговая диспетчерская служба, увидев, что судно движется к шес-тому пролету, пришла в ужас и начала предупреждать по радио вахтен-ных на «Суворове». Никакого ответа не последовало. Диспетчеры, в пол-ном отчаянии, успели пустить предупредительные ракеты, так как было ясно: остановить судно или заставить его хоть чуть отклониться уже невозможно.
Не сбавляя скорости, «Суворов» врезался в пролет...
Удар теплохода искривил, разрушил рельсовый путь, и мост вышел из строя, прервав движение из европейской части страны на восток.
Многие из тех, кто оставался в каютах на нижних палубах, удара даже и не заметили — в точности, как на «Титанике», — в корпусе он ото-звался глухим, неясным гулом. К тому же в репродукторах звучала му-зыка.
Этот тихий, быстрый погасший удар срезал, как лезвием, ходовую руб¬ку и всю верхнюю палубу вместе с кинозалом, до отказа забитых людьми.
Тяжелый железнодорожный состав громыхал наверху. И, казалось бы, несильный удар, для некоторых оставшийся незамеченным, до такой сте¬пени потряс фермы моста, что вагоны опрокинулись, и вниз, на тепло¬ход, посыпались уголь, бревна, зерно.
Теплоход остановился не сразу. Инерция скорости и огромная масса протащили его под мостом, и — еще метров триста после. И только по-том «Суворов» замер на глади реки.
Страшную картину восстанавливали свидетели.
Владимир П. сразу после ужина пошел в каюту с женой. Около поло-вины одиннадцатого она сказала: «Пойдем наверх, рядом город, а мы его не увидим — сидим как тараканы...» Он отмахнулся, ему не хотелось. Она ушла. Больше он ее живой не видел.
Владимир ощутил удар какой-то растянутый, не резкий, но жуткий, будто суда столкнулись. Теплоход замедлял движение. Владимир выско-чил из каюты и бросился наверх по трапам. Перед последним, ведущим на верхнюю палубу, отпрянул.
Сверху сплошным потоком лилась кровь. Пересилив себя, он пошел наверх. Его глазам открылось страшное зрелище. Горы окровавленных шевелившихся обрубков тел. Рядом лежала белокурая девушка. Обеих ног у нее не было, но она дышала еще и смотрела на него безумным взглядом. Отчетливо произнесла: «Скажите маме, что я жива...» И тут же умерла.
Жену он увидел неподалеку от того места, где предположительно на¬ходился вход в кинозал. Она лежала с проломленной головой... Всего не¬сколько дней она не дожила до своего дня рождения.
Перед началом фильма многие заглядывали в кинозал, но, увидев стол¬потворение, уходили. Акоп А. с женой тоже попытались войти, но стало душно. Спустились в каюту. Почувствовав, что судно содрогнулось, он побежал наверх и отпрянул: потоки крови, оторванные конечности, го¬ловы, вывороченные внутренности...
Акоп сбросил пиджак и принялся размахивать им, стараясь привлечь внимание на берегу или на проходившем мимо судне. Но помощь яви¬лась только через сорок минут.
Двоих приятелей спасла бутылка водки. Следователь попросил объяс-нить, почему жены их погибли, а они живы? Выяснилось, что жены, на-рядившись, отправились смотреть кино, в то время как мужья предпочли распить в каюте бутылку водки...
В этой катастрофе чудом выжил и капитан «Суворова» Клейменов. Он не сразу осознал, что случилось. Клейменова подобрали возле опоры моста, на дамбе. Он был в одних плавках и не помнил, как оказался здесь. Судя по всему, его выбросило с высоты двенадцати метров. Сначала он рассказывал, что вытащил из реки погибающего человека и только потом потерял сознание. Однако на другом допросе заявил следователю, что сознание не терял.
Весь город содрогнулся от ужаса. На предприятиях Ульяновска были мобилизованы рабочие, собрались отряды студентов. Работали в больни-цах, на транспорте. Катастрофически не хватало гробов, и люди, никогда прежде не предполагавшие, что когда-нибудь придется гробы сколачи-вать, брались за работу.
Хирурги работали, как в полевом госпитале. Их работу осложняло то, что у пострадавших были только рваные раны. Очень сложно было их промывать и обрабатывать. Мелкая угольная крошка и в особенности зерна попали в раны и, окрашенные кровью, делались невидимыми. Го-раздо легче было бы, если бы была просто грязь...
Попасть в Ульяновск сразу после трагедии было практически невоз-можно: город закрыли, документы проверяли даже при выходе с железно¬дорожного вокзала. В транспорте, на улицах люди ни о чем другом, кро¬ме как о катастрофе, говорить не могли. Но никто не знал ничего!
Распространились слухи, будто сбежали несколько рецидивистов, зах-ватили судно, и катастрофа — это дело их рук. Говорили еще, что экипаж на «Суворове» был пьян: отмечали день рождения кого-то из своих.
Возле трапа самолета сотрудники КГБ спрашивали, нет ли среди при-летевших родственников пострадавших. Отозвавшихся отвозили в штаб, искали фамилии по спискам пассажиров теплохода, давали первую и об-рывочную информацию.
Администрации гостиницы, где жили родственники несчастных, зап-рещалось выдавать любую информацию, даже просто фамилии.
Перед следствием стояло много задач, и главная — отыскать на дне ходовую рубку с телами вахтенного штурмана и рулевого. Медэкспертиза должна найти ответ на вопрос: почему «Суворов» ринулся в заведомо не-проходимый шестой пролет?
На рассвете 6 июня никто не представлял масштаба трагедии. Ни один из членов правительственной комиссии, возглавляемой членом ЦК Г. Алиевым (впоследствии президент Азербайджана), ни один из членов следственной бригады не смог бы назвать количество жертв. Изуродован¬ные, расчлененные, размозженные, раздавленные не поддавались учету... Трудность была еще и в том, что так и не удалось выяснить точное коли¬чество пассажиров. Капитан обязан был знать, сколько человек на борту его судна. Он не знал. Не знал и старпом. Но старпом, как и вахтенный штурман, как и рулевой, как и радист с женой, — она была тоже в экипа¬же, — погиб.
Всех интересовала та повариха, которую поздравляли с днем рожде-ния. Очень многие считали тогда, что другой причины, кроме как пьян-ство, — нет. Предполагали даже, что в роковые минуты теплоходом во-обще никто не управлял.
Евгений Иванович Честнов, один из экспертов по делу о катастрофе, уверен, что главными виновниками трагедии были погибшие. Главными, но не единственными. У Честнова есть основания считать виноватыми и железнодорожников.
Тогда, в 1983 году, эксперты выделили четыре причины, приведшие к катастрофе:
халатность первого штурмана;
халатность рулевого;
отсутствие сигнальных огней на мосту (были сумерки).
На шестом пролете, через который такое судно пройти не могло, сто-яла будка путевого обходчика, напоминавшая своими очертаниями сиг-нальный щит, обозначавший судоходный пролет.
Такой сигнал в виде ромба — для судов, идущих вниз по Волге, и пря¬моугольник — для судов, по ней поднимающихся. Светлая будка могла восприниматься прямоугольником.
Особая история с сигнальными огнями. Оказывается, за включение огней никто не отвечал. За электропроводкой следил один, за лампы от-вечал другой, а включал — путевой обходчик.
И еще деталь. Капитаны неоднократно сообщали в Управление Куй-бышевской железной дороги (Ульяновск — это их участок) о том, что в районе моста сложилась аварийная ситуация. И старший судоходный ин-спектор Ульяновского участка С. Корешков писал начальнику отделения железной дороги и заведующему промышленно-транспортным отделом обкома партии.
Короче говоря, вина железнодорожников высвечивалась. Но мини-стром путей сообщения тогда был Бешев — сталинский еще министр, и Алиев, как считает эксперт, его прикрывал.
Следователь Генеральной прокуратуры, ведший дело «Суворова», рас-сказал, что удалось разыскать свидетелей, заходивших за несколько ми-нут до катастрофы в рубку и видевших замечтавшегося рулевого и углу-бившегося в чтение детектива штурмана. Митенков восемнадцатый раз шел под мостом и, видимо, чувствовал себя слишком уверенно. Это погу¬било 176 человек.
Тела этих двоих подняли со дна Волги. Алкоголя в крови не обнару-жили.
Следствие пришло к выводу, что капитан Клейменов самоустранился от спасения пострадавших, телесных повреждений на нем не было обна-ружено, и, поскольку он не смог обеспечить дисциплины на судне, суд приговорил его к десяти годам лишения свободы.
В заключении капитан «Суворова» пробыл около шести лет, потом его освободили по состоянию здоровья: он страдал гипертонией. Но дома, на свободе, он прожил недолго. Умер в 1990 году от инфаркта, до после-днего часа мучаясь от своей причастности к ужасным событиям.

ОСТАВИТЬ КОМЕНТАРИЙ

Write a comment

  • Required fields are marked with *.

САМЫЕ ПОПУЛЯРНОЕ

1 Как искать клады

2 Первые люди на луне

3 Призрачный мир

4 Соперник серебра

5 Психографология

6 Сексуальная агрессия

7 Сексуальные преступления

8 Тайны запахов и звуков

КУПИТЬ РЕКЛАМНОЕ МЕСТО
По вопросам размещения рекламы на сайте пишите на deniwebs@yandex.ru