СОВЕТУЕМ ПОЧИТАТЬ

100 самых интересных городов Мира

Узнайте все о самых интересных городах нашей планеты - приготовьтесь к кругосветному путешествию

100 великих кораблекрушений

Подборка самых страшных кораблекрушений в истории человечества

Физиогномика

Наука физиогномика стара как мир. Можно сказать, что она начала формироваться интуитивно. Задумывались ли вы когда-нибудь, почему без видимых причин один человек нам нравится, к другому мы испытываем антипатию, а третий вообще не вызывает никаких эмоций?

Сокровища затонувших кораблей

Узнайте какие сокровища таят в себе морские глубины.

«САН-ДИЕГО»

«САН-ДИЕГО»


В конце 1600 года в столице Филиппин Маниле, контролируемой Мад¬ридом с 1565 года, поднялся настоящий переполох: в прибрежных водах курсировал нидерландский капер. И это в то время, когда весь испанский флот выступил на подавление исламских мятежей на юге архипелага! Манила, где кроме 20 тысяч филиппинцев и 15 тысяч китайцев проживали всего 2 тысячи испанцев, была практически беззащитна перед возможной атакой голландцев.
Полностью загруженный 270-тонный галион «Маврикий» под коман¬дованием капитана Оливье ван Ноорта и сопроводительный шлюп «Эен- драхт» водоизмещением 50 тонн — почти два года находились в пути. Во время страшных штормов у берегов Южной Америки голландская фло¬тилия потеряла два больших корабля и 150 матросов. В команде осталось чуть больше 90 человек. В Чили капитан смог загрузить в качестве прови¬анта только птичьи яйца и засоленное мясо пингвинов, и как следствие на борту вскоре стала свирепствовать цинга.
И все же голландцы достигли Филиппин и пошли на хщрость, выдав себя за французов. Один из голландских матросов даже переоделся в кос¬тюм католического священника. Хитроумным чужакам удалось обманы¬вать испанцев почти 10 дней, что позволило им немного отдохнуть. Поз¬же, однако, обман раскрылся и ван Ноорту в самый последний момент едва удалось ускользнуть. Теперь провианта и воды на судне хватало, но силы у всех были на исходе. Самое большее, на что могли бы решиться голландцы, — атаковать джонки с китайским фарфором, следовавшие в Манилу. Было самое время возвращаться домой.
Для председателя высшего совета Филиппин, влиятельнейшего лица всей колонии, столь неожиданно явившийся противник оказался весьма кстати. Уже два года Антонио де Морга состоял на службе у короля Филиппа. Удар по пиратам-протестантам окончательно открыл бы для него — и он на это очень надеялся — дорогу в Америку, о которой давно мечтал.
Объявив себя адмиралом флотилии, де Морга приказал снарядить два торговых корабля — 300-тонный галион «Сан-Диего» и маленькое судно «Сан-Бартоломе», — переоснастив их в крейсеры. Из «Сан-Диего» он сде¬лал флагманский корабль, снабдив его 14 пушками, снятыми с крепост¬ной стены Манилы, и загрузив трюмы судна 127 бочками пороха, боль¬шим запасом пушечных ядер и мушкетных пуль. На случай преследова¬ния он взял на борт достаточно провианта и воды.
Небольшие трудности возникли у адмирала с набором экипажа. В сво¬ей хронике «События на Филиппинах» он позже писал, что поначалу пред¬приятие, «обещавшее много риска и мало выгоды, ни у кого не вызывало большого восхищения», но все изменилось, «когда граждане увидели, что корабли стоят под командой доктора Антонио де Морги».
Новая роль де Морги совершенно не была ясна горожанам — юрист по образованию, он не обладал ни морскими, ни военными знаниями. Чтобы успокоить судовых офицеров, вице-адмиралом и комендантом
«Сан-Бартоломе» был назначен опытный капитан Хуан де Алькега. Прав¬да, под его началом вышло в море всего сто солдат и матросов. А на борту 35-метрового «Сан-Диего» теснились более 450 человек: филип¬пинцы, африканские моряки, японские наемники, слуги и 150 испанс¬ких нотаблей, жаждавших снискать славу в этой сомнительной экспеди¬ции.
С самого начала задул крепкий норд-ост, едва не срывавший паруса. Уже на выходе из бухты Манилы всем стало ясно, что судно перегружено. Всем, кроме командующего. Матрос Бенито дель Уэрто, которому чудом удалось спастись вместе с двадцатью другими моряками, свидетельство¬вал: «Вода за бортом достигала портов орудий — корабль так оказался забит, что даже к пушкам подойти было нельзя».
Чтобы хоть как-то выровнять крен, почти весь экипаж собрался с на¬ветренной стороны. Судовладелец Луис де Бельвер умолял хотя бы часть груза выбросить за борт. Но именно де Морга приказал «весь хлам убрать с палубы вниз, так что там, среди всей этой рухляди, не осталось даже места, чтобы при необходимости позаботиться о раненых или погасить случайную искру, — чудо, что весь корабль не взлетел на воздух!»
14 декабря ван Ноорт заметил на горизонте чужие паруса. Он немед¬ленно дал «Эендрахту» команду возвращаться на родину с дубликатами всех его многочисленных экспедиционных отчетов. На «Маврикии» стали готовиться к бою.
Испанцы начали атаку сразу, но первый выстрел прозвучал с «Маври¬кия» — прямое попадание. Грот «Сан-Диего» разорвало в клочья, один из насосов — вдребезги. Де Морга в ярости приказал открыть ответный огонь, но шеф канониров рапортовал, что орудия зарядить невозможно. Тогда де Морга решился брать «Маврикий» на абордаж, но, к несчастью, забыл приказать убрать паруса. «Сан-Диего» на полном ходу врезался в против¬ника, получив при этом пробоину ниже ватерлинии. У «Маврикия» в тот момент серьезных повреждений не оказалось.
Тем временем тридцать испанцев уже спрыгнули на палубу «Маври¬кия» и с устрашающими криками принялись резать снасти и срывать с мачт паруса, готовясь поднять испанские флаги. Ван Ноорт и 58 человек экипажа забаррикадировались в трюмах. Перевес был явно не на их сто¬роне, и голландец предложил начать переговоры о сдаче.
В этот момент подплыл «Сан-Бартоломе» и сразу открыл огонь по «Маврикию», невзирая на то, что голландский корабль был уже почти занят испанцами. Лишь в последний момент вице-адмирал де Алькега наконец понял, что же произошло, бросился в погоню за «Эендрахтом» и остановил его через несколько часов.
А что же происходило на «Сан-Диего»? Адмирал молчал, будто бы его не существовало. Матрос Бенито дель Уэрто нашел своего командующе¬го бледным и безразличным, лежащим на матраце у якорной лебедки, на самом носу судна. Дель Уэрто махал перед его глазами захваченным вражес¬ким флагом, заклиная де Моргу отдать наконец приказ о полном захвате «Маврикия», ибо экипаж последнего фактически уже сдался. В ответ он услышал: «Делай что хочешь...» Ничего конкретного он так и не прика¬зал. Все это совершенно расходится с героическими мемуарами самого де Морги, у которого едва ли не каждая страница полна описаниями оже¬сточенных схваток, но нигде нет ни слова о томительном ожидании так и не поступившего распоряжения.
Из неразберихи на «Сан-Диего» голландец ван Ноорт извлек свою выгоду. Он приказал снова открыть огонь из орудий второй палубы, одно¬временно пустившись на чисто военную хитрость: его люди взорвали ды¬мовые шашки, и из люков стал медленно выползать густой дым, разъедая глаза нападавшим.
Опасаясь, что и «Сан-Диего» будет охвачен пламенем с «Маврикия», де Морга отдал наконец свой первый приказ (после шестичасового мол¬чания!), оказавшийся самым фатальным в его короткой карьере коман¬дующего. Вместо того чтобы эвакуировать команду с поврежденного «Сан- Диего» на «Маврикий», он отозвал своих с борта голландского судна и приказал рубить абордажные канаты.
В течение нескольких минут неспособный к маневру «Сан-Диего» за¬тонул в Южно-Китайском море, унеся с собой в пучину 350 жизней. Пол¬ные отчаяния солдаты пытались расстегнуть тяжелые нагрудные панцири и латы, но не успевали этого сделать. Кое-кому все же удалось вплавь достигнуть суши. Между тем голландцы собрались на палубе и преспо¬койно открыли пальбу по потерпевшим кораблекрушение.
Де Морга покинул свое судно одним из первых (снова полное расхож¬дение с его мемуарами) и поплыл на плоту, припрятав на себе два захва¬ченных неприятельских флага. Плот с командующим толкал перед собой его секретарь — до самого острова Фортуна.
Предыстория захватывающая, но противоречивая. И вот теперь, 400 лет спустя, перед археологом Фрэнком Годдио стояла задача: изучив документы, попытаться обнаружить обломки «Сан-Диего» и веществен¬ные доказательства всего описанного. Де Морга указывал место корабле¬крушения — в шести милях от побережья острова Фортуна. Но Годдио теперь имел достаточно оснований не доверять запискам тщеславного командующего. По другим источникам, берег находился в досягаемости пушечного выстрела, поэтому Годдио сразу ограничил поиски сравни¬тельно небольшим участком (4,6 х 2,8 километра) у юго-восточного по¬бережья острова.
Глубина там составляла 70 метров, а морское дно было покрыто ко-ралловыми пластами примерно на высоту остова «Сан-Диего». В такой ситуации помочь мог только магнитометр — ведь все металлические час¬ти «Сан-Диего» после стольких лет коррозии наверняка потяжелели на сотни килограммов. Исследовательский катамаран Фрэнка Годдио, руко¬водителя экспедиции, прошел контрольное поле метр за метром. На это потратили несколько недель — результата никакого. Годдио даже стал склоняться к мысли, что де Морга мог написать правду.
Но однажды детектор все-таки среагировал, показав, что прямо под археологами находятся 250 килограммов железа. Для «Сан-Диего» это было, конечно, мало. И все же в 52 метрах под исследовательским суд-ном действительно оказались обломки какой-то посудины, всего в 500 метрах от берега.
Над местом находки поставили на якорь рабочую аварийно-спасатель¬ную платформу, рассчитанную на команду в 52 человека, среди которых были 18 аквалангистов. В первый же день исследователи натолкнулись на реликты редкой красоты: тысяча неповрежденных предметов из небесно- голубого китайского фарфора времен династии Мин — первоклассный экспортный товар, удивительно хорошо сохранившийся в морской воде за столько лет. Возможно, эти столовые приборы предназначались для бывших на борту испанских нотаблей.
Был найден и единственный в своем роде изящный сосуд для воды в форме баклажана, служивший скорее всего для увлажнения чернильного камня. Его владелец расстался с жизнью так же, как и японцы-легионе¬ры, присутствие которых доказывали найденные 24 бронзовые рукояти от самурайских мечей. Не меньшее культурно-историческое значение име¬ют 570 огромных глиняных кувшинов, служивших для хранения запасов мяса, овощей, приправ, масел, вин и, естественно, воды. Кроме того, аквалангисты извлекли действующую астролябию и корабельный ком¬пас — во всем мире едва ли можно найти подобные и так же великолепно сохранившиеся.
«После того как был убран балласт судна — 150 тонн камней, — рас-сказывает Фрэнк Годдио, — «Сан-Диего» поразил нас другой, не менее радостной неожиданностью: части его корпуса удивительно хорошо со¬хранились. Прежде всего киль, многочисленные шпангоуты, даже руль! В общем, материала предостаточно, чтобы составить довольно точное пред¬ставление о судостроении того времени».
Дальнейшая судьба тех, о ком шел рассказ, хорошо известна. В ав-густе 1601 года, спустя полгода после филиппинской авантюры, Оливье ван Ноорт на своем «Маврикии» снова появился в гавани Роттерда¬ма — его земляки продолжали высылать свои флотилии в далекие вос¬точноазиатские воды. Но только спустя 40 лет Нидерланды завладели довольно большой частью Индонезии, взяв под контроль торговлю спе¬циями, что впоследствии сделало эту страну одной из состоятельных наций мира.
Спасенный адмирал де Морга первым делом приказал арестовать Хуа¬на де Алькегу, своего вице-адмирала и капитана «Сан-Бартоломе» («толь¬ко из-за его самовольного преследования «Эендрахта» и произошло не¬счастье»). И прежде чем иные сведения об этих событиях достигли бере¬гов Испании, при мадридском дворе все зачитывались искусно состря¬панными сочинениями де Морги. В июле 1603 года «морской волк» полу- чил-таки столь желанный пост в Мексике, в вице-королевстве Новая Испания.
Через 13 лет Антонио де Морга стал президентом королевского сове¬та. Он умер в 1636 году, в возрасте 77 лет. Незадолго до смерти ему еще раз пришлось столкнуться с правосудием, но по другому поводу: его ош¬трафовали на две тысячи золотых дукатов за «совершенно открытые и неподобающие отношения со многими женщинами».
Испанские галлоны, затонувшие во время урагана у побере¬жья во Флоридском проливе. Погибло более 500 человек.
1622 год был критическим для Испании. Молодой король Филипп IV унаследовал обширную, но уже теряющую влияние империю. Под¬держка Испанией католических гер¬манских государств ввергла ее в пос¬ледний и самый кровопролитный из религиозных конфликтов —Тридца¬тилетнюю войну.
В 1622 году война для Испании проходила удачно, но требовала очень больших расходов. И когда закончилось двенадцатилетнее пере¬мирие с Голландией, орда вражес¬ких кораблей устремилась в Кас¬тильскую Вест-Индию.
Единственным связующим звеном между Испанией и Вест-Индией были ее морские коммуникации, по которым флоты перевозили купеческие то¬вары и королевские доходы, оружие и солдат, а также пассажиров.
Филипп IV заставил своих купцов платить за защиту их судов, введя налог на торговлю с Вест-Индией. В 1622 году Испания построила на эти деньги восемь мощных военных галионов и укомплектовала их двумя тысячами солдат и матросов. Эта охранная флотилия конвоировала куп¬цов и провела флагманов торгового флота, «Капитану» и «Алмиранту», к южноамериканским судам, шедшим из Портобело и Картахены с сокро¬вищами Нового Света.
Охранная флотилия ушла в Вест-Индию в конце апреля, потеряв два галиона еще до того, как берега Испании скрылись из виду. В состав кон¬воя входили «Санта-Маргарита», прекрасный новый галион, купленный специально для этого похода, и выполняющая такие же функции, как
«Алмиранта», «Нуэстра Сеньора де Агоча» — корабль, незадолго до того построенный в Гаване для короля. «Агоча», шестисоттонный галион по¬лучил свое название в честь одной из известных мадридских часовен, по¬священных Богородице.
Уходящий в плавание флот имел на борту вино, ткани, металлические изделия, книги и папские индульгенции, дарующие райское будущее тому, кто приобретет их, а также полмиллиона фунтов ртути, монопольного металла короны, используемого для извлечения серебра и золота из бога¬тых руд Потоси.
Командующий флотом, Лопе Диас де Армендарис, маркиз Кадерейта, благополучно довел свой корабль до Панамского перешейка. Там, на боль¬шой ярмарке в Портобело, европейские товары были обменены на се¬ребро Верхнего Перу. Запарившиеся грузчики заполняли трюмы отправ¬лявшихся домой судов, в то время как их хозяева записывали вещи и слит¬ки в свои грузовые манифесты.
В Портобело маркиз узнал, что у берегов Венесуэлы недавно видели тридцать шесть голландских кораблей, и предусмотрительно добавил к своей эскадре еще один галион, «Нуэстра Сеньора де Росарио». 27 июля флотилия достигла Картахены, где на суда было погружено золото из ко¬пей Нуэва Гранады и тонны королевского табака. Огромное количество серебра в слитках и монетах было предназначено для передачи его хозя¬евам в Севилье. Затем флотилия ушла в Гавану, свой последний порт на¬значения в Вест-Индии.
Напряженность возросла, когда суда вынужденно дрейфовали в дни внезапно .наступившего полного штиля. 22 августа, когда было еще дале¬ко до сезона наводящих ужас ураганов, они вошли в гавань Гаваны. Но¬вый испанский флот, курсировавший между Веракрусом и Испанией, уже ушел.
Моряки «Аточи» проклинали удушающую жару, перетаскивая из трю¬ма пятьсот тюков табака, чтобы загрузить туда сотни медных слитков. На «Аточе» было пятнадцать тонн кубинской меди, отправляемой в Малагу для отливки бронзовых пушек, которые должны будут защищать империю. Наконец табак был сложен вместе с грузом гондурасского индиго. Капитан галиона Яков де Вредер также занес в грузовой мани¬фест большое количество золота, серебра и серебряных изделий. Но теперь стало ясно, что суда не смогут уйти 28 августа, как надеялся маркиз Кадерейта.
Капитаны решили сняться с якоря с наступлением новолуния. В то время моряки верили, что благоприятные погодные условия в период новолуния будут держаться по крайней мере несколько дней. (В после¬днее время наука доказала, что их вера была до некоторой степени обо¬снована.) Таким образом, если 5 сентября, в день полнолуния, погода будет хорошей, она должна оставаться такой достаточно долго и дать воз¬можность флотилии благополучно достигнуть пользующегося дурной сла¬вой побережья Флориды. Однако испанцы не могли знать, что в этот са¬мый момент небольшой, но усиливающийся шторм, двигавшийся с севе¬ро-востока, достиг Кубы.
Воскресное утро 4 сентября 1622 года наступило, как отметил маркиз, «с безоблачным и ясным небом и приятным ветром». Двадцать восемь судов с наполненными парусами, развевающимися флагами и вымпелами торжественно прошли мимо Кастильо-дель-Морро в открытое море. Каж¬дое судно было Кастилией в миниатюре, носителем культуры, богатства и мощи Испании.
«Аточа» представляла собой плавающую крепость, несущую двадцать бронзовых пушек, шестьдесят мушкетов и большие запасы пороха и ядер. Помимо команды, на борту находились восемьдесят два солдата под ко¬мандованием капитана Бартоломе де Нодаля, известного путешествен¬ника. Команда состояла из 133 человек, включая восемнадцать канони¬ров. Из своей каюты вице-адмирал флота Педро Паскиер де Эспарса ру¬ководил действиями вверенного ему соединения кораблей.
Все свободное место на «Аточе» было забито сокровищами Вест-Ин-дии. Сундуки и ящики, наполненные золотыми и серебряными слитками и восьмиреаловыми серебряными монетами, были результатом много¬численных коммерческих операций; одна партия груза содержала 133 се¬ребряных слитка, часть серебра короны, добытого и выплавленного в Потоси тысячами жителей колонии.
В трюмах также находилось двадцать тысяч песо для наследников Хри¬стофора Колумба, кругленькая сумма, вырученная от продажи папских индульгенций, и деньги королевской казны, полученные за проданных в Картахене черных невольников. Вместе с медью, индиго и табаком «Ато¬ча» несла огромные сокровища — девятьсот один серебряный слиток, сто шестьдесят один золотой слиток или диск и около 255 тысяч серебря¬ных монет.
В маленьких каютах на корме разместились сорок восемь пассажи-ров — социальный срез общества Кастилии и Вест-Индии. Сановный королевский посланник в Перу, отец Педро де ла Мадрис, делил свое жилище с тремя другими августинскими братьями. В Портобело на борт поднялись дон Диего де Гезман, губернатор Куско, и богатые перуанские торговцы Лоренсо де Арриола и Михель де Мунибе, а также секретарь перуанского апелляционного суда Мартин де Сальгадо с женой и тремя слугами.
Хотя «Санта-Маргарита» несла в два раза меньше драгоценных слит¬ков, чем «Аточа», пассажирам на ней было так же тесно, не исключая и губернатора испанской Венесуэлы, дона Франсиско де ла Хоса. На каж¬дом судне были пассажиры, не упомянутые поименно в корабельных спис¬ках — рабы и слуги — так называемые «лица, не имеющие значения».
Главный лоцман направил флотилию в Флоридский пролив, пытаясь попасть в наиболее мощный поток Гольфстрима около Флориды-Кис. Но усиливающийся ветер шторма, переросший затем в ураган, уже при¬
ближался к проливу. К утру понедельника 5 сентября сильный северо- восточный ветер поднял волнение.
Вскоре обстановка еще более ухудшилась, и каждое судно стало изо¬лированным, сражающимся мирком. Для людей единственной реальнос¬тью стали свистящий ветер и вздымающиеся волны, — это и еще безна¬дежная борьба с морской болезнью и страхом смерти. Когда ветер сорвал паруса, сломал мачты и разбил рули, суда превратились в неуправляемые куски дерева. Последующие события были описаны в английском отчете того времени: «Как волны накатываются одна за другой, так одна беда следовала за другой: сначала ветер повернул на зюйд... затем они начали опасаться, что их занесет в какое-нибудь устье реки или бухту флоридс¬кого побережья... а потом не осталось никакого выбора — только раз¬биться на отмелях или погибнуть на берегу».
Сильным потоком ветра было захвачено восемь несчастных судов, включая «Росарио», «Аточу» и «Санта-Маргариту». Их быстро понесло на север, в сторону рифов. Гутиерре де Эспиноса, капитан «Санта-Марга- риты», находился в своей каюте и готовился к крушению. Только что он приказал своему адъютанту спрятать часть груза — несколько золотых и серебряных слитков, столовое серебро и котелок с шоколадом — в его личный сундук. Затем Эспиноса крепко обвязал этот сундук веревкой, так, чтобы он мог держаться на плаву. Остальных людей на борту в этот момент мало заботили материальные ценности: встав на колени вокруг священников, они молились.
После наступления темноты «Санта-Маргарита» потеряла свой фок (главный парус на фок-мачте). Огромные волны, перекатывавшиеся че¬рез ее корпус, снесли грот-мачту и штурвал. Судно сносило к северу.
На рассвете 6 сентября, во вторник, лоцман сделал в судовом журнале запись об уменьшении глубины; несчастье было близко. Несколько от¬важных матросов пытались поставить еще один фок и, лавируя, уйти от опасности, но его снова унесло.
Когда судно проносило между флоридскими рифами, попытались от¬дать якоря, но они не забирали грунт. Внезапно галион налетел на мель и засел на ней.
Когда совсем рассвело, командир находящейся на корабле пехоты, капитан Бернадино де Луго подошел к фальшборту «Санта-Маргариты». Затем, как сообщает командующий флотом в соответствии с рапортом де Луго, «в семь часов утра капитан увидел в одной лиге к востоку от своего галиона другой галион под названием «Нуэстра Сеньора де Агоча», на котором осталась только бизань-мачта. Пока он следил за ним, галион затонул». Затем его собственный корабль начал погружаться. Спрыгнув за борт, де Луго ухватился за деревянный брус и поплыл. Еще шестьдесят семь человек нашли спасение на обломках «Санга-Маргариты». Как за¬писано в английском отчете, «...многие пассажиры после исчезновения корабля не могли сластись, море не дало им такой возможности». Сто двадцать семь человек утонули. Днем ветер утих, и высоко стоящее солн¬це осветило печальную картину: волнующееся море, мешанину из разби¬тых ящиков и сундуков. По счастливой случайности в тот полдень рядом проходило судно с Ямайки. Уцелевшие люди были подняты на борт, где встретили пятерых спасшихся с «Аточи» — двоих юнг — Хуана Муньоса и Франсиско Нуньеса, матроса Андреса Лоренсо и двух рабов. Они рас¬сказали, как «Аточа» налетела на риф и быстро затонула. Остальные две¬сти шестьдесят человек, находившиеся на ней, погибли.
Несколькими днями позже капитан маленького судна «Санта-Катали¬на» Бартоломе Лопес видел место крушения; он заметил корпус «Аточи» с обломком бизань-мачты, выступающим из воды. Его матросы выловили сундук, плававший рядом, взломали его и разделили серебро и золото, найденное внутри. Это был сундук Гутьерре де Эспиносы, утонувшего капитана «Санта-Маргариты».
Спасшиеся с «Росарио» ступили на землю острова Драй-Тортугас, не¬подалеку от их севшего на мель галиона, они с трудом верили в то, что им удалось избежать смерти. Места кораблекрушений протянулись на вос¬ток больше чем на сорок миль: сначала небольшой португальский рабо¬торговец, затем посыльное судно флота, затем «Санта-Маргарита» и «Ато¬ча». Немного дальше погиб маленький кубинский сторожевик, и где-то невдалеке от берега бесследно затонули еще два небольших «купца».
В общей сложности во время шторма погибло пятьсот пятьдесят че-ловек и затонул груз стоимостью более полутора миллионов дукатов — по современным ценам приблизительно двести пятьдесят миллионов дол¬ларов.
После бедствия 1622 года испанцам надо было исследовать большую территорию и переместить массу песка, чтобы отыскать погибшие кораб¬ли. Выяснив местонахождение «Аточи» из записей капитанов де Луго и Лопеса, они нашли около Драй-Тортугас севшую на мель «Росарио». Маркиз Кадерейта послал из Гаваны для спасения груза погибшего судна капитана Гаспара де Варгаса.
Он первым подошел к «Аточе» и нашел ее в целости на глубине пяти¬десяти пяти футов. Варгас смог поднять только две пушки, а затем ушел к «Росарио». Тем временем в этом районе пронесся еще один ураган. Ког¬да спасатель вернулся туда, где затонула «Аточа», он обнаружил, что шторм разбил ее корпус и разбросал обломки.
Вице-король Новой Испании прислал Варгасу опытного инженера, Николаса де Кардоно, с рабами-нырялыциками из Акапулько, а с Кариб- ских островов приехали индейские ловцы жемчуга. Сам маркиз де Каде¬рейта прибыл во Флориду, чтобы наблюдать за работами; остров, где для него был разбит лагерь, назвали «Эль-Кайо-дель-Маркес».
Последовали несколько месяцев тяжелой работы. Варгас записал: «...каждый день мы покидали этот остров на двух шлюпках... в четыре часа утра и добирались до места только в семь... Мы работали до двух часов, а все остальное время уходило у нас на то, чтобы добраться до земли на ночевку».

ОСТАВИТЬ КОМЕНТАРИЙ

Write a comment

  • Required fields are marked with *.

САМЫЕ ПОПУЛЯРНОЕ

1 Как искать клады

2 Первые люди на луне

3 Призрачный мир

4 Соперник серебра

5 Психографология

6 Сексуальная агрессия

7 Сексуальные преступления

8 Тайны запахов и звуков

КУПИТЬ РЕКЛАМНОЕ МЕСТО
По вопросам размещения рекламы на сайте пишите на deniwebs@yandex.ru