СОВЕТУЕМ ПОЧИТАТЬ

100 самых интересных городов Мира

Узнайте все о самых интересных городах нашей планеты - приготовьтесь к кругосветному путешествию

100 великих кораблекрушений

Подборка самых страшных кораблекрушений в истории человечества

Физиогномика

Наука физиогномика стара как мир. Можно сказать, что она начала формироваться интуитивно. Задумывались ли вы когда-нибудь, почему без видимых причин один человек нам нравится, к другому мы испытываем антипатию, а третий вообще не вызывает никаких эмоций?

Сокровища затонувших кораблей

Узнайте какие сокровища таят в себе морские глубины.

ГАВАНА

 

Наверное, ни один город в Латинской Америке не строился так, как Гавана: если другие возникали как посредники, то Гавана с самого нача­ла была городом-воином. Христофор Колумб открыл Кубу в 1492 году— уже в первое свое путешествие. Прибывшие вслед за ним испанцы не нашли здесь ни золота, ни алмазов, и потому остров их совсем не заин­тересовал, хотя X. Колумб назвал его «самой красивой землей, которую когда-либо видел человек».

Вытянувшийся среди океанских просторов остров был сплошь по­крыт густой тропической растительностью. Под сенью пышных пальмо­вых крон скрывались небольшие дома из жердей с крышами из пальмо­вых листьев. На севере острова конкистадоры обнаружили прекрасную широкую гавань, с моря защищенную узкой полоской мыса, с глубоким фарватером, по которому и сегодня беспрепятственно проходят совре­менные океанские корабли. Но эта страна не нужна была испанцам, поэтому Гавану тогда называли «городом в пустой стране».

Первоначально Гавана возникла в 1514 году на южном берегу Кубы, потом поселение было перенесено на северное побережье, где оконча­тельно и разместилось около большой бухты, своими очертаниями на­поминающей кленовый лист. Скромный с виду поселок уже в первые десятилетия своего существования стал форпостом для испанских су­дов, рвавшихся на запад в поисках «золотых земель».

Говорят, что в нынешней кубинской столице есть два места, кото­рые видели на своем веку, может быть, гораздо больше, чем вся страна. Это порт и площадь перед кафедральным собором в Старой Гаване. Дей­ствительно, гаванский порт повидал на своем веку немало. «Пуэрто де каренас» («ракушечный порт») — так поначалу испанцы окрестили бух­

 

ту, где X. Колумб приказал своим капитанам бросить якорь, чтобы очи­стить днища кораблей от ракушек, налипших за время длительного пла­вания. В первые десятилетия испанского господства порт был заурядной торговой гаванью: сюда заходили корабли, которые главным образом перевозили сахар и табак, составлявшие основу товарооборота между испанскими и английскими колониями Нового Света.

Несметные богатства американского континента привлекли к Ка- рибскому бассейну полчища пиратов, и вскоре гаванская бухта со своим поселением приобрела для испанцев неоценимое стратегическое значе­ние. В 1553 году Г. Перес де Ангуло, очередной капитан-генерал (губер­натор) Кубы, поняв важность этой бухты, перенес свою резиденцию из Баракоа в Гавану, тем самым превратив город в столицу острова.

С этого времени главной заботой испанцев на Кубе стала оборона и защита гаванской бухты, где собирались перед отплытием в Испанию нагруженные богатствами караваны судов. В том числе и корабли, спу­щенные со стапелей гаванской верфи. Память о важном положении Га­ваны на путях из вест-индских колоний и поныне хранит изображение ключа в гербе города.

Ла-Фуэрса, первую крепость в Гаване, начали строить в 1558 году. До сих пор эта цитадель остается самым совершенным и лучше всех сохра­нившимся сооружением Гаваны. Крепостные стены, вырастая из воды, круто поднимаются к верхней платформе, с трех сторон окруженной одноэтажным зданием, в течение двух веков служившим резиденцией для испанских правителей Кубы. Широкий ров с водой окружал Ла-Фу­эрса, через него переброшены два деревянных моста, которые и сегодня можно поднять на мощных цепях. Бойницы в стенах вырезаны так, что ни с моря, ни с суши не увидишь, что делается внутри.

Огромная по сравнению с окружавшими ее строениями крепость Ла- Фуэрса стала ядром будущего города. А суровый характер ее архитекту­ры на длительное время сделался образцом для возведения не только военных строений, но также культовых и даже гражданских зданий.

Чтобы защитить бухту от пиратов Карибского моря, испанцы начали возводить другие крепости, дозорные башни, ближайшие к Гаване возвы­шенности укрепили мощной системой оборонительных укреплений. Ан­гличанам, которые отважились напасть на Гавану в XVIII веке, понадоби­лось 200 боевых кораблей и почти 20-тысячный десант, но и с такими силами они вынудили Гавану сдаться только после 70 дней упорных боев.

Через год Гавана была возвращена Испании, и тогда на Кубу срочно послали военного инженера С. Абарку для восстановления разрушен­ных и возведения новых крепостей. Эти крепости и сейчас играют важ­ную организующую роль в градостроительстве Гаваны и придают городу только ему присущий облик, став отчасти «визитной карточкой» кубин­ской столицы.

Архитектура Гаваны развивалась в сложных естественных условиях, где берега острова изрезаны скальными выходами и болотистыми низи­нами. Крепостная стена сжимала растущий город, и Гаване становилось тесно в ее первоначальных границах. Улочки были узкими, и возведен­ные на них деревянные дома часто горели. Пожары устраивали и пира­ты, и восстававшие рабы, поэтому после каждого пожара оставался только камень. К тому времени, когда завершилось строительство Ла-Фуэрсы и значительно продвинулось возведение других крепостей, вышел указ ис­панского короля Филиппа И, запрещающий строить в Гаване деревян­ные дома.

Старая Гавана имеет относительно регулярную планировку, которая определяет размер городских кварталов и ширину улиц. Поэтому глав­ная площадь города — Плас-де-Арм — имеет форму прямоугольника, а название говорит о ее первоначальном назначении — служить местом для проведения воинских учений[1].

Недалеко от крепости Ла-Фуэрса располагался дворец губернатора Кубы. Все в нем построено, как в далекой Испании: внутренний дворик, изысканные колонны в стиле барокко, балконы и галереи выстроены так, чтобы солнце не попадало в комнаты. И все-таки не все было, как в Испании: например, среди завитков барокко местный умелец вместо цветка вдруг вписывал ананас...

На втором этаже дворца размещались покои губернатора Такона, а слева от них — трибунал, который не щадил никого. Чтобы оплатить строительство роскошного дворца, приходилось сдавать нижний этаж местным торговцам-креолам. Рано утром они привозили сюда рыбу, мясо, овощи, фрукты... И те, кто хотел казаться благородным и отгоро­диться от черни, вынуждены были перешагивать по утрам через мешки и пробираться между тележками. Так жизнь вторгалась во дворец!

Почти одновременно с дворцом губернатора Качал возводить свой дворец богатейший и могущественный креол Доминго Альдама. Стиль он выбрал классический: все, начиная от места строительства дворца за городской стеной, говорило о вызове испанской короне:

Белые, итальянского мрамора лестницы как будто висят в воздухе, едва касаясь стен; плафоны залов расписаны искусными европейскими художниками. В этом дворце, который сейчас известен в Гаване как «дом Мигеля Альдама» (сына Доминго), в свое время собирались знаменитые артисты, выступали певцы из Италии, встречались прогрессивные кубин­ские литераторы. У стен дворца толпились сотни слушателей, и гости Альдамы выходили на балкон, чтобы приветствовать своих поклонников. Первые голоса за отмену рабства тоже прозвучали из этого дворца.

Однажды в нем собрались богатые меценаты, чтобы выкупить из нево­ли чернокожего поэта Ф. Мансано. Узнав об этом, его владелица, маркиза Хусти де Санта, удвоила цену, но поэта все равно выкупили. Предоставив ему свободу, меценаты попросили, чтобы он написал впоследствии вос­поминания раба, и эта книга стала величайшим документом эпохи.

Сторонники королевской власти на Кубе не могли выносить вольно­любивую обстановку дворца Альдамы, напали на него и разграбили, а потом подожгли. Мигель Альдама бежал в США и умер там в нищете, а в его дворце сначала разместили табачную фабрику, а потом какую-то контору... Менялись времена, менялись люди, а дворец стоит по-пре­жнему. Даже его картины, написанные в стиле помпеянских фресок, и сегодня выглядят так, словно созданы только вчера.

Развитие производства сахарного тростника, табака и кофе привело в конце XVIII века к расцвету Кубы. Стремительно выросли богатства ме­стной креольской знати, а развитие торговли и других отраслей промыш­ленности так же, как и судостроительная деятельность гаванского пор­та, вызвали бурное строительство города. В это время расширились эко­номические связи Кубы со странами Старого Света, в результате чего кубинцы познакомились с культурой этих стран, их жизнью и архитекту­рой. Как своеобразное противопоставление культурным традициям мо­нархической Испании креольской буржуазии особенно понравился нео­классицизм революционной Франции. Открыл период неоклассицизма в Гаване небольшой храм Темплете на Плас-де-Арм, возведенный в честь 300-летия основания города.

Двадцатый век, отмеченный империалистическими войнами в Евро­пе, принео.кубинской знати еще большие барыши в связи с увеличени­ем спроса на кубинский сахар. Богатая верхушка общества стала возво­дить свои дома в западной части города — районе Ведадо, причем и на этот раз внешний вид застроек оказался совершенно новым для Гаваны. По-испански «Ведадо» означает «запрещенный», и название это восхо­дит к тем временам, когда вся Гавана скрывалась за высокой стеной, а жителям под страхом самых суровых наказаний запрещалось выходить в тропический лес, кишевший контрабандистами, пиратами и другим раз­бойным народом.

Кварталы сегодняшнего Ведадо выстроились в прямоугольники с мно­гочисленными домами, похожими на маленькие дворцы. Их строили внутри садов, которые постепенно превратились в парки. Особняки это­го района и некоторых других (в частности, квартала Мирамар) обычно возводили в два этажа: на первом размещались приемные залы и парад­ная столовая, которые открытыми террасами выходили в сады и парки. Второй этаж предназначался под личные апартаменты хозяев; дома сред­ней буржуазии имели ту же планировку, но несколько меньшие разме­ры. Эти богатые виллы строили, стараясь перещеголять друг друга в рос­коши, сахарные магнаты и торговые посредники, ловкие адвокаты и жуликоватые политики 20—30-х годов XX века. Некоторым из них не всегда хватало вкуса, но спасала природа: зеленые пальмы, синь неба и удивительно яркие цветы (красные, оранжевые, сиреневые), гроздьями растущие на деревьях...

Гавана всегда производила неизгладимое впечатление на путешествен­ников. А. Гумбольдт, писатель Б. Ибаньес, В. Маяковский и другие посе­тили Гавану в разное время, но все были очарованы ее красотой. «Горо­дом колонн» назвал столицу кубинский писатель А. Карпентьер, и дей­ствительно, в ее архитектуре многообразно представлено это наследие античного и мавританского зодчества. И хотя здания построены на века, но и они не вечны, поэтому «Старая Гавана» признана ЮНЕСКО досто­янием всего человечества. В 1981 году в стране был принят план рекон­струкции исторической части города, и многие здания начинают воз­рождаться. Кубинская революция дала простор и расцвету националь­ной архитектуры, «клиентом которой с 1959 года стал весь кубинский народ». Веселый и остроумный народ Гаваны, неунывающий и неисто­щимый на шутки и выдумку, артистичный в музыке, танце и пении, он похож, как и их город, на мучачо — озорного ребенка с огромными гла­зами...

 



59 Сейчас эта площадь носит имя национального героя К.М. де Сеспедеса.

ОСТАВИТЬ КОМЕНТАРИЙ

Write a comment

  • Required fields are marked with *.

САМЫЕ ПОПУЛЯРНОЕ

1 Как искать клады

2 Первые люди на луне

3 Призрачный мир

4 Соперник серебра

5 Психографология

6 Сексуальная агрессия

7 Сексуальные преступления

8 Тайны запахов и звуков

КУПИТЬ РЕКЛАМНОЕ МЕСТО
По вопросам размещения рекламы на сайте пишите на deniwebs@yandex.ru